Новые правила затронут пшеницу, ячмень, кукурузу и семена подсолнечника. Образцы грузов, прибывших через порт Клайпеды, планируют отправлять на экспертизу за рубеж: необходимых лабораторий в Литве нет. До получения результатов таможенное оформление приостановят. Если анализ выявит ложные сведения о стране происхождения, партию запретят к транзиту; ее вернут отправителю или уничтожат под таможенным контролем, а связанные расходы оплатит экспортер.
Олег Николаев из Института экономики роста имени П. А. Столыпина и «Деловой России» считает, что формально речь не идет о прямом запрете, но длительное ожидание может сделать перевозки практически невозможными. По его словам, задержка каждой партии в Клайпеде способна растянуться примерно на два месяца. Директор по стратегии ФГ «Финам» Ярослав Кабаков предупреждает о росте логистических расходов, увеличении сроков доставки и снижении рентабельности. Для сельхозпроизводителей это может обернуться затовариванием внутреннего рынка и падением закупочных цен.
По оценке Николаева, ограничения не должны существенно изменить общий объем экспорта: сейчас на порты стран Балтии приходится не более 2% российских поставок зерна, а на Литву — в несколько раз меньше. До конфликта на Украине через прибалтийские порты проходило не более 1 млн тонн в год; около 80% экспорта направлялось через Азово-Черноморский бассейн. После логистических трудностей на юге балтийский транзит временно вырос до 4 млн тонн в год, но в 2024 году, по словам эксперта, повышенные пошлины ЕС снова сократили этот поток.
Заменить маршруты быстро сложно. Черное и Азовское моря остаются зоной военных рисков, балтийское направление ограничивают страны региона, а каспийский коридор через Иран пока не обладает сопоставимыми мощностями. Эстония с октября полностью запретила транзит российского зерна; Латвия, по словам Николаева, также движется к ограничениям — ее МИД представил проект постановления о полном запрете. Кабаков считает, что России придется развивать перевозки через Мурманск, Каспий и Дальний Восток, расширять железнодорожные коридоры и портовую инфраструктуру. Это потребует времени и инвестиций.
Последствия могут затронуть покупателей в Африке и на Ближнем Востоке, включая Египет, Ливию, Тунис и Кению: по оценке Кабакова, они зависят от поставок зерна из Черноморского региона. Речь может идти не о физическом дефиците, а о повышении цен, росте расходов на продовольственные субсидии и риске обострения кризисов. Среди возможных следующих целей ограничений Кабаков называет минеральные удобрения, уголь, нефтепродукты, металлы, химическую продукцию и лесоматериалы. При этом национальные решения Литвы, Латвии и Эстонии не равнозначны общеевропейским санкциям и сами по себе не запрещают экспорт российских товаров в третьи страны.

Комментарии (0)
Пока нет комментариев. Будьте первым!