Для многих компаний, особенно в IT-секторе и креативных индустриях, такие ограничения создают критические риски. Хотя формально бизнес сохраняет право собственности, любые сделки с интеллектуальной собственностью — от передачи прав на программы до оформления лицензий — требуют теперь одобрения налоговой. Эксперты отмечают, что если раньше обеспечительные меры носили точечный характер, то теперь они стали неотъемлемой частью процесса взыскания еще до вынесения окончательных решений.
В основе новой стратегии лежит система комплексного управления и администрирования долгом (СКУАД). Алгоритмы анализируют риск-профили компаний, выявляя признаки дробления бизнеса или вывода активов. В ФНС подчеркивают, что автоматизация позволила сократить количество должников вдвое, а поступления от мер взыскания в 2025 году достигли 1,4 трлн рублей. При этом требования всё чаще предъявляются не только к основным структурам, но и к аффилированным лицам.
Юристы предупреждают: под прицелом оказались маркетплейсы, онлайн-школы и медиаплатформы, чья капитализация почти полностью держится на нематериальных ресурсах. Впрочем, иногда это играет и на руку предпринимателям. Если стоимость интеллектуальной собственности сопоставима с претензиями ведомства, инспекция может ограничиться запретом на распоряжение активами, не блокируя при этом расчетные счета. Это позволяет бизнесу сохранять операционную деятельность, пока идет разбирательство, хотя риск банкротства в случае затягивания споров остается высоким.
Комментарии (0)
Пока нет комментариев. Будьте первым!